суббота, 21 января 2012 г.

Магия линий Юрия Васильева

Сергей Погорелый, художник-дизайнер

Художники, занимающиеся изобразительным искусством, могут специализироваться в разных областях, таких как пейзаж, портрет, анималистика, монументальная живопись и т.п. Существуют свои специализации и в графике: иллюстраторы, оформители книги, художники станковой графики, мастера литографии, миниатюристы (к последним можно причислить и тех, кто создает экслибрисы), офортисты... Этот список чрезвычайно велик, но есть мастера, которым удавалось успешно использовать и сочетать в своем творчестве различные техники и плодотворно работать в разных жанрах. К таким мастерам относится и герой нашего рассказа — Юрий Анатольевич Васильев.

Он родился 15 февраля 1926 года в небольшом городке Грязи бывшей Тамбовской губернии. Детство провел в верховьях Дона, имеющих богатое историческое прошлое, меловые горы вдоль правого берега Дона, древние пещеры, пещерные храмы, раскопки на месте стоянок первобытного человека, где даже в названиях мест отражена красота окружающей природы: Шатрище, Дивногорье, озеро Богатое, река Тихая Сосна. Уже в школе Васильев занимается на курсах заочного образования им. Крупской, посылает свои работы в Москву, откуда получает рецензии специалистов и новые задания. Далее следуют архитектурный факультет Харьковского инженерно­строительного института, Московский архитектурный институт и, наконец, художественный факультет Московского полиграфического института. Еще будучи студентом Архитектурного института, молодой художник получил хороший практический опыт, работая над оформлением интерьеров строящихся павильонов ВДНХ.



Знакомство с крупнейшими художниками, последними представителями Серебряного века русского искусства В.В.Мешковым, В.Н.Яковлевым, М.И.Курилко, дружба с внуком художника Аполлинария Васнецова Владимиром Васнецовым, а также доступ к семейному архиву этого крупнейшего знатока русской старины — все это дало Юрию Васильеву возможность заняться копированием знаменитой васнецовской серии по старой Москве. Копирует художник и акварели Врубеля, и этюды Левитана. Не имея в Москве собственного жилья, Васильев находит приют в мастерской художника А.А.Меркулова. Там он знакомится с друзьями художника, талантливыми графиками Александром Короткиным, Наумом Цейтлиным, Александром Ливановым и другими мастерами. Эти встречи и совместная работа явились своеобразными «университетами» для художника, значительно расширившими возможности его палитры. Интерес к искусству Древнего Востока постепенно привел Васильева к изучению эзотерики: трудов Блаватской, Николая и Елены Рерих, ведической литературы Древней Индии, что на долгие годы предопределило направление его творческих устремлений в поисках истины на пути к «миру Горнему». Еще учась в п олиграфическом институте, художник начинает сотрудничать с центральными столичными издательствами. Он иллюстрирует и оформляет целый ряд произведений мировой классической литературы, таких как «Собор Парижской Богоматери» Виктора Гюго, «Итальянская новелла Возрождения», «История Тома Джонса Найденыша» Генри Филдинга, «Сага о Форсайтах» Голсуорси и др. Примерно в это же время он создает книги по искусству: «Аполлинарий Васнецов», «История советской архитектуры», «История советского плаката» и им подобные художественные альбомы, оформляет множество произведений современных писателей и поэтов. Васильевым оформлены и проиллюстрированы более ста пятидесяти книг (многие из которых с благодарственными надписями авторов стоят на его книжных полках), вышедших в крупнейших столичных издательствах, таких как «Художественная литература», «Известия», «Правда», «Искусство».Особый период в творческой биографии художника — двенадцатилетняя работа в издательстве «Художественная литература». Там Васильев сотрудничает с творческой элитой того времени. Перечисление фамилий этих мастеров заняло бы несколько страниц, достаточно назвать лишь два: Анна Ахматова и Владимир Фаворский.Особое место в графических работах Юрия Васильева занимает искусство офорта, которым мастер владеет в совершенстве. Им создано более тысячи офортов, выполненных в различных техниках: травленого штриха, акватинты, резерважа, мягкого лака, сухой иглы и т.д.



Хотелось бы привести одну из рассказанных Васильевым историй, которая во многом повлияла как на его творческую, так и на человеческую судьбу. В 1968 году издательство «Советский художник» заключило с художником договор на изготовление 24 офортов по Суздалю и Ростову Великому. Работа была выполнена к назначенному сроку и была одобрена. Печатать тираж должны были в 5­й экспериментальной типографии, где создавались уникальные произведения полиграфической продукции. Уже были изготовлены и утверждены пробные оттиски, как вдруг художника вызвали в издательство и главный редактор объявил ему, что офорты печататься не будут. Причина — распоряжение отдела идеологии и пропаганды ЦК партии и лично Суслова.Оказалось, что накануне Брежнев смотрел телевизор и наткнулся на передачу «Ростовские колокольные звоны». Если другие восхищались красотой древних соборов и музыкальной неповторимостью этого духовного искусства, то генсек был возмущен: «Как?! Из меня, атеиста, пытаются сделать верующего человека? Запретить!!!» Разнос Суслову, Суслов — Пономареву и далее по цепочке запрет докатился до телевидения, радио и до всех издательств.



В качестве компенсации Васильеву предложили сделать новую серию офортов на тему «Великие стройки коммунизма», начать которую предложили с Братской ГЭС. Возмущенный художник от этого предложения решительно отказался. На этом эпизоде его сотрудничество с данным издательством навсегда закончилось. Правда, несколько медных досок из той серии художнику удалось вызволить и сохранить.Но нет худа без добра. Примерно в то же время Васильев вступил в с оюз журналистов. Желание своими глазами увидеть красоту и многообразие Родины помогло ему стать специальным фотокорреспондентом издательства «Планета». Командировка следовала за командировкой: Памир, Карелия, острова Ледовитого океана, Дальний Восток, Байкал, трасса БАМа, Молдавия, Грузия, Армения, Азербайджан, Карабах, снова отроги и вершины Памира вдоль афганской и китайской границ. Результатом стало рождение серии офортов о Памире, побережье Ледовитого океана, Байкало­Амурской магистрали.



Изобразительные средства художника расширяются. К блокноту и фломастеру добавляется фотокамера. Выходят из печати его фотоальбомы: «Молдавия», «Ставрополь», «Трасса мужества», комплекты открыток «Тундра в цвету», «Таежные цветы», «Домбай», «БАМ — дорога мужества». Особенно оценил мастер возможность фиксировать мгновения при съемке с самолета и вертолета. И лишь позже, в палатке или в номере гостиницы, в блокноте делались наброски и кроки наиболее интересных и запоминающихся композиций, лучшие из которых по возвращении в Москву также превращались в офорты. Васильев становится постоянным участником отечественных и международных выставок. Многие работы его приобретаются и хранятся в музеях и в частных коллекциях Америки и Европы.



 

В последние годы главной темой художника и в живописи, и в графике стала работа над серией мандал — энерго­информационных модулей, которые служат оберегами, амулетами, талисманами. Эти изображения строятся согласно принципам древнейшей сакральной геометрии, восходящей к временам Гипербореи, Атлантиды и Древнего Египта. Не прекращает и по сей день Юрий Васильев работу над серией «Москва взорванная», посвященной шедеврам архитектуры, уничтоженным после октября 1917 года, над которой он работает не один год, помогая нам увидеть безвозвратно утерянное. Параллельно создается серия офортов, посвященная русской старине. Некоторые из вышеперечисленных работ представлены в данной публикации, хотя, к сожалению, формат журнала не позволяет сделать большего.

Комментариев нет:

Отправить комментарий